Статьи

о группе "РОСТОВ"

Интервью Асватура Сагирян и Олега Гонцова

«Настрой, который мы давали бойцам своими песнями, мы видели по их глазам»
!Афганистан будет болеть в наших душах до тех пор, пока мы живы. Недавно исполнилось 20 лет со дня вывода наших войск из Афганистана. Сегодня гости программы «Простые вопросы» – воины-интернационалисты, артисты группы «Ростов» Олег ГОНЦОВ и Асватур САГИРЯН.
-  Олег, первый вопрос к вам. Скажите, как зарождался легендарный ансамбль «Голубые береты» и где это происходило?

- О.Г.: Ансамбль зарождался в 350-м полку, непосредственно в моей роте, если говорить честно, то в каптерке моей роты. Два моих солдата – один сержант, другой солдат. Идея основания группы «Голубые береты» даже не мне принадлежала, это они придумали. Просто мы пели песни; я еще служил срочную в Афганистане, переделки пели. Они предложили – мол, давайте запишем. А тогда были магнитофоны со встроенным микрофоном, и вот мы играли в каптерке на простых гитарах. С помощью подушки, коробки и спичечного коробка мы записали ряд песен. Это был конец августа – начало сентября 1985 года. В это время группу «Каскад», в которой выступал Асватур, знал уже весь Афганистан. Нас тогда никто не знал. И мы стали потихоньку выступать – у себя в полку, в дивизии. У нас не было аппаратуры, мы пели и играли на обычных гитарах, но народу нравилось.
Настрой, который мы давали бойцам своими песнями, мы видели по их глазам
-  Асватур, группа «Каскад», которую знал весь Афганистан – советский Афганистан, наши солдаты и офицеры, – была очень популярна. Вы объездили много застав, частей, подразделений. Как вас встречали? Нужны были песни на войне?

- А.С.: Мы никогда этот вопрос не задавали.
-  Но вы это чувствовали?

- А.С.: Конечно. Это была неотъемлемая часть нашей работы, нашей службы. Мы поднимали боевой дух ребят. Представьте себе: точка, полностью отрезанная от мира. Там сидят 11 человек. Нет никакой информации. Продукты им привозят раз в неделю. Вдруг приезжает музыкальный коллектив. Настрой, который мы давали им своими песнями, мы видели по их глазам. Когда мы приезжали с концертом в следующий раз, нас встречали как родных.
-  Какие песни были наиболее востребованы, любимы и популярны на той войне?

- О.Г.: Там пели все. Пели то, что никогда бы не спели дома. Отдаленность от родных мест и показала ментальность нашего народа. Стали петь песни, которые когда-то слышали от бабушек. Потом начали петь эстрадные переделки. Свои тоже пели. А сказать, что было самым популярным, а что – не самым, сложно. В зависимости от состояния души, от места службы.
-  Можете вспомнить, что просили спеть чаще всего? Без какой песни вас не отпускали?

- А.С.: Мы выступали в разных коллективах. Я написал вот это: «Это парни, которым будет вечно по двадцать, это те, кто прославил десант».
-  Олег, вам – неактерский вопрос. На вашей груди я вижу три ордена Красной звезды. Скажите, какой была официальная формулировка Верховного совета, за что?

- О.Г.: Да я не актер. На меня почему-то все смотрят, как на артиста. Я по жизни артист, нормальный старшина роты разведки воздушно-десантных войск. Сейчас служу в 22-й бригаде специального назначения и никто с меня не снимает обязанностей. Поэтому когда люди начинают думать, что я занимался написанием песен, и за это мне давали ордена, я не спорю. Я всегда говорю, что я служил в разведке и при кухне. Это очень удобная должность.
-  А если серьезно?

- О.Г.: Если серьезно, я шесть с половиной лет воевал в Афганистане. Воевал. Песни я пел себе в ущерб. Это сейчас говорят – мы знаем Олега Гонцова, он служил у нас. Я помню тех больших начальников, которые, топая ногами, кричали на меня: «Ты еще и песни поешь?! А ну-ка давай посмотрим, что у тебя в роте творится!»
Чтобы не зажраться, надо обязательно встречаться со своими оппонентами, которые тебе укажут на все слабые стороны
-  Актерский мир, как известно, конкурентный. В нем царят зависть, интриги, творческие люди никогда не простят друг другу хоть капельку таланта – все это на поверхности. Вас минула чаша сия или вы тоже прошли через это?

- О.Г.: Вот Асватур читает в Интернете, а я – нет. Там столько всего про себя можно прочесть. Я сам про себя не знаю столько, сколько там написано! Как-то у нас был разговор с Асватуром, с нашими ребятами был разговор. Доказывать кому-то, что мы лучше, круче, заслуженней – смысла в этом нет. Смысл есть в том, чтобы писать новые песни. Выступая в Амурской области, в двух городах, не считая Благовещенск, мы исполнили несколько новых песен. Я всегда говорю слушателям: «Дорогие друзья, обязательно скажите, понравилось вам или не понравилось». Может быть, кто-то подойдет и скажет: «Ребят, у вас здесь неточность».
-  Зрители – это творческая лаборатория.

- А.С.: Да, они четко реагируют.
- О.Г.: Я привожу примеры на концертах: даже заслуженные шлягеры – помните «Миллион алых роз»? – обрастают анекдотами. Жена мужу говорит: «Видишь, как художник актрису любил? Миллион цветов подарил!» А тот говорит: «Да уж, любил. Четное количество цветов подарил». В общем, я очень благодарен людям, которые подходят к нам после концерта. Знаете, порой даже не хватает критики. Если говорить простым языком – чтобы не зажраться, надо обязательно встречаться со своими оппонентами, которые тебе укажут на все слабые стороны.
-  Мужики, вы смотрели смерти в зрачки. Вы прошли свинец. Почему и после этого наступают какие-то проблемы, разборки, драчки, зависть? Казалось бы, мы знаем цену этой жизни не по книгам…

- А.С.: Понимаете, нельзя всех под одну гребенку. У всех была разная служба. Это одно, а второе – независимо от того, где ты служил, как ты выполнял свои обязанности и что в тебе заложено с детства. Поэтому нельзя говорить, что все афганцы или чеченцы одинаковые.
-  Все от мамы и от печки в этой жизни?

- А.С.: Обязательно. Все определяется тем, в какой среде ты жил, с кем общался. Я встречаю очень порядочных людей, которые не воевали, а просто служили. Кто-то даже и не служил. Но они очень порядочные в жизни. Нашу жизнь нельзя оторвать от гражданского общества. Да, мы особенные, мы видели то, чего не видели другие, но не было такого, чтобы превозносить себя и умалять достоинства других людей. Это несерьезно, это детский лепет.
-  В обществе вокруг афганцев создались неоднозначные мнения. Все эти громкие взрывы на Котляковском кладбище… Ваше отношение к этому?

- О.Г.: От бедности. Знаете, почему? Я не то, чтобы участвовал, я просто следил за событиями. У нас же, знаете, тоже скрывать не надо, – те ребята, которые имеют самоуважение, никогда никому льстить не будут. Я иногда смотрю на некоторых больших чиновников и спрашиваю себя: «Почему я должен стелиться перед ним? Кто он такой?» Да, он начальник. Но я же не плебей. Нас ругают за жесткие песни, но я так ставлю вопрос. А там дорвались до денег, понимаете?
-  Синдром бедного человека.

- О.Г.: Да, он влияет и всегда влиял. Вот еще один момент: мы привыкли верить друг другу на слово. А кое-кто из наших, самых просчитанных, при поддержке тех же продуманных аппаратчиков (я не говорю о том, какая там власть) умели вовремя отмывать эти деньги. И мы знаем много таких примеров. Вот отсюда и пошло все – началась дележка. Я считаю так: если бы в свое время государство сделало бы верный шаг и создало комитет по делам ветеранов войн (не обязательно Афганской, у нас было достаточно военных конфликтов) с государственным бюджетом. На Украине Ющенко быстро продумал этот вопрос и у них 15 февраля – праздник, они получают государственные дотации. Поэтому у них нет раздрая.
Каждый концерт – как в первый раз. В амурчанах заметна особая теплота
-  Вопрос, который вам задают тысячу раз в каждом регионе – отличается ли амурский слушатель от слушателей в других регионах страны? Или публика везде одинакова?

- А.С.: Каждый концерт – как в первый раз. Я не могу сказать, что слушатели похожи, но я заметил в амурчанах особую теплоту. Не могу выразить словами, как это было, но я чувствовал реакцию зала; чувствовал, что меня слушают. Наш коллектив приняли очень тепло.
-  Парни, нас смотрят сотни тысяч амурчан, и я не могу отпустить вас без песни. Хотя бы пару строчек а капелла. Может быть, вашу знаменитую «Синеву».

- А.С.: Будем пробовать
- О.Г.: Сразу хочу сказать, что мы никогда не пели под гармошку и свисток, но думаю, сейчас сможем спеть четыре строчки.
Расплескалась синева, расплескалась.
По тельняшкам разлилась, по беретам,
Даже в сердце синева затерялась,
Разлилась своим заманчивым цветом.
!Сегодня на «Простые вопросы» отвечали ребята, у которых в сердце расплескалась синева, чистота расплескалась в их сердцах.
                        
Оцените статью:
Поделиться:
← Назад Далее →

Похожие публикации:

Оставить комментарий

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив